Kerkslavisch: Скажи ми, Господи, кончину мою и число дний моих, кое есть, да разумею, что лишаюся аз.Се, пяди положил еси дни моя, и состав мой яко ничтоже пред тобою: обаче всяческая суета всяк человек живый. Oekraiens: Скажи мені, Господи, кончину мою і число днів моїх, що є, нехай розумію, що лишаю я. всіляка метушня кожна людина жива. Fonetisch: Skazhy meni, Hospody, konchynu moyu i chyslo dniv moyikh, shcho ye, nekhay rozumiyu, shcho lyshayu ya. vsilyaka metushnya kozhna lyudyna zhyva. Kerkslavisch: Обаче образом ходит человек, обаче всуе мятется: сокровищствует, и не весть, кому соберет я.И ныне кто терпение мое? Не Господь ли? И состав мой от тебе есть. Oekraiens: Обичним чином ходить людина, обоє всує м'ється: скарбує, і не звістка, кому збере я. І нині хто терпіння моє? Чи не Господь? І склад мій від тебе є. Fonetisch: Obychnym chynom khodytʹ lyudyna, oboye vsuye m'yetʹsya: skarbuye, i ne zvistka, komu zbere ya. I nyni khto terpinnya moye? Chy ne Hospodʹ? I sklad miy vid tebe ye. Kerkslavisch: Отстави от мене раны твоя: от крепости бо руки твоя аз исчезох.Вразумлением о беззаконии наказул еси человека, и истаял еси яко паучину душу его: обаче всуе всяк человек. Oekraiens: Відкинь від мене рани твоя: бо від міцності руки твоя я зник. Vidkynʹ vid mene rany tvoya: bo vid mitsnosti ruky tvoya ya znyk.